Андрей Баракин психолог

Я хочу рассказать вам одну историю. Не о дипломах, не о стаже и даже не о психологии. О телефонном номере, который я однажды записал — и потом несколько месяцев не решался набрать.

Это было задолго до того, как я сам стал психологом. Я лишился работы, дела разваливались, денег становилось всё меньше. А я делал то, что обычно делает взрослый мужчина, привыкший справляться сам: держался. Потом держался ещё немного. Потом ещё. Примерно год. Может быть, больше.

Как-то раз я услышал по радио выступление психолога. Мне понравилось, как он говорил: спокойно, понятно, без заумных слов. Я стал искать его эфиры, потом нашёл контакты и сохранил номер в телефоне. Казалось бы, самое трудное позади. Человек выбран. Номер есть. Осталось нажать несколько кнопок.

Вот эти несколько кнопок я и не мог нажать неделями. Мне было страшно сказать незнакомому человеку: «Я не справляюсь». Страшно показаться слабым. Страшно услышать о себе что-нибудь неприятное. А ещё я понятия не имел, как вообще разговаривают с психологами. С чего начинают? Что говорить? Вдруг я сяду — и в голове станет пусто?

Поэтому, если вы сейчас ходите кругами вокруг первого сообщения, я вас понимаю. Не из учебника. Я сам сидел с телефоном в руке и откладывал звонок, который мог сделать гораздо раньше.

Я не родился психологом

Меня зовут Андрей Баракин. До психологии в моей жизни были военная академия, служба, инженерная работа, продажи, бизнес, большие деньги, большие ошибки и кризис, после которого я почти перестал работать. Я долго жил по простому правилу: если тяжело — терпи. Не получилось — соберись. Снова не получилось — соберись сильнее. Правило хорошее. Пока однажды собираться становится уже нечем.

В психологию я поначалу пришёл почти из расчёта. Хотел получить диплом, чтобы увереннее обучать людей продажам. А потом начал разбираться с собой — и понял, что нашёл дело второй половины своей жизни. Не красивую вывеску. Дело, в котором мой собственный непростой путь наконец оказался полезен не только мне.

Образование, профессиональный путь и границы моей работы подробно собраны на странице «Обо мне». Там есть факты и документы. А здесь скажу главное: я не разговариваю с человеком с кафедры. Я знаю, каково это — бояться, стыдиться, тянуть время и надеяться, что проблема как-нибудь рассосётся сама.

С чем я работаю

Я психолог, не врач и не психиатр. Работаю со взрослыми людьми, которым мешают тревога, страх, вина, обида, горе, сложные отношения, проблемы с самооценкой, деньгами или весом. Иногда человек точно знает, что случилось. Иногда говорит: «Я устал. Я больше так не хочу». Этого достаточно. Дальше будем разбираться вместе.

Я не требую от вас правильных слов и знания психологических терминов. Можно путаться, замолкать, начинать издалека. Важно принести не красивое объяснение, а свою настоящую жизнь. Именно об этом я написал книгу «Монстры на твоей стороне». Я горжусь этой книгой: в ней нет безупречного психолога в белом халате. Там есть я, мои ошибки, истории клиентов и наши монстры — страхи и привычки, которые когда-то пытались нас защитить, а потом сами стали мешать жить.

Я работаю в интегративном подходе. Если по-простому, у меня не один психологический молоток, которым я стучу по любой проблеме. Я использую ДПДГ, трансовые техники, эриксоновский гипноз, транзактный анализ, гештальт-подход, работу с образами и реакциями тела. Вам не нужно запоминать эти названия. Моя работа — выбрать подходящий инструмент и объяснить, что мы делаем и зачем.

Что я называю результатом

Я точно знаю: результат будет уже после первой встречи. Это не значит, что за один час мы изменим всю вашу жизнь и уберём все проблемы. Но проблема должна сдвинуться с места, а вы — заметить это изменение. Для меня это принципиально. Тогда это уже не «просто поговорили».

Сегодня собрано больше 700 видео- и текстовых рассказов клиентов. Их можно увидеть в разделе «Истории изменений». Я очень дорожу этими историями. Не из-за красивой цифры. За каждой записью стоит человек, который однажды пришёл со своей болью, сделал работу и потом решился рассказать о результате другим.

Вот, например, Алла. Много лет она носила в себе вину после смерти дочери. Пришла говорить о весе, а настоящая рана оказалась совсем в другом месте. После нашей работы изменились сон и самочувствие, стало легче дышать. Прочитайте рассказ самой Аллы. И здесь важен не эффектный финал. Важно другое: даже боль, прожитая много лет, не обязана становиться пожизненным приговором.

Есть другая история. Женщина два года жила с паническими атаками после смерти родителей. Она уже искала помощь, но приступы продолжались. После нашей работы состояние изменилось — послушайте её собственный рассказ. Это не обещание, что у всех будет один сценарий. Это доказательство, что с проблемой можно работать, а не только ждать следующего приступа.

А мама четверых детей двадцать лет мучилась бессонницей и дошла до крайнего истощения. Когда ушло напряжение, вернулся сон — вот эта история. Такие истории я показываю не для парада чудес. Они нужны тому, кто давно решил: «Мой случай слишком сложный». Сложный — не значит безнадёжный.

Первый шаг может быть очень маленьким

Если вы готовы выбрать время, формат и условия описаны на странице консультации. Не готовы сразу записываться — ничего страшного. Вам не нужно начинать знакомство с длинной исповеди или доказывать, что ваша проблема достаточно серьёзная.

Напишите одно слово: «Здравствуйте». Можно в MAX или по электронной почте. За первое сообщение, знакомство и ответы на вопросы я денег не беру. Я объясню, как всё проходит, а дальше вы спокойно решите, подходит вам такой формат или нет.

Не ждите дня, когда страх исчезнет и появится идеальная готовность. Обычно всё наоборот: сначала человек делает шаг, а готовность приходит потом. У нас не девять жизней, чтобы одну потратить на ожидание. Напишите. Всё будет хорошо. Я узнавал.